Российские заводы вынуждены сами готовить себе инженеров


Спуск на воду на ООО “Балтийский завод – судостроение” головного строящегося универсального атомного ледокола “Арктика” проекта 22220 (ЛК-60Я). Санкт-Петербург, 16.06.2016
Источник: Валентин Беликов и Сергей Николаев / www.dp.ru

России нужен новый, современный вид инженеров

Российские вузы попросту не готовят специалистов по целому ряду инженерных специальностей, необходимых отечественной экономике. Крупнейшие заводы бьют тревогу: несмотря на рост интереса к инженерной профессии, им самим приходится выращивать нужные кадры. Впрочем, идеи о том, как устранить этот дефицит, уже выдвигаются.

Знаменитый судостроительный Балтийский завод пожаловался на днях, что испытывает большой дефицит не просто инженеров, а именно так называемых производственных инженеров. На одну вакансию приходится всего три отклика, рассказала начальник отдела подбора и развития персонала предприятия Татьяна Паклинская.

По ее словам, “Корабелка” – это Санкт-Петербургский государственный морской технический университет – готовит инженеров-конструкторов и технологов, а заводу нужны производственные инженеры, которые будут работать на производстве, а их сегодня никто не готовит. “Мы очень страдаем от нехватки инженеров по нормированию, по планированию, по подготовке производства”, – отметила Паклинская. Самый большой дефицит завод испытывает в рабочих кадрах, рассказала она, передает ФлотПром.

В Ассоциации судостроителей Санкт-Петербурга и Ленобласти говорят о нехватке специфичных специалистов размерного контроля для судостроительной отрасли. Их также никто из вузов сегодня не готовит. Поэтому корабелам приходится готовить и обучать специалистов на самих предприятиях, передает ФлотПром. Размерный контроль важен, так как многие детали и конструкции делаются с припусками, что влечет за собой огромную измерительную работу. Пригоночная работа занимает до 40% от всех корпусных работ. “Это очень специфичная профессия, ее можно освоить только на судостроительных заводах. Поэтому на всех крупных верфях есть мощные центры по обучению и подготовке специалистов этого профиля”, – отметил президент ассоциации Владимир Александров.

После того как Россия обозначила новый вектор развития экономики – технологическая модернизация вкупе с импортозамещением, встала необходимость решения проблемы дефицита инженеров в стране. В 90-е годы профессия инженера потеряла свою былую значимость, все хотели стать экономистами, менеджерами и юристами. В постсоветское время масса производств – заводов и фабрик – были закрыты, огромное количество инженеров оказались на улице. Молодежь явно не хотела повторить судьбу предыдущего поколения, и инженерные специальности перестали пользоваться спросом в вузах. Неудивительно, что в итоге к середине 2000-х годов появился дефицит.

До сих пор в стране насчитывается более 500 вузов, которые занимаются подготовкой инженеров. Это треть от общего числа. И на инженерно-технических специальностях обучаются более миллиона человек (почти четверть от всех студентов). И это несмотря на непопулярность профессии из-за ожидания низкой зарплаты или невозможности вообще устроиться на работу. Главная проблема, которая сейчас встала, заключается в качестве образования. Мало того, что оборудование для обучения устаревшее и преподавательский состав немолодой, так еще сами образовательные программы оторваны от реальных потребностей экономики.

“Инженеров и технологов не хватает во многих областях, например в машиностроении, приборостроении, судостроении. Ситуация осложняется и тем, что возникают новые типы инженерных профессий, по которым вузы не готовят, например как раз те же самые производственные инженеры”, – говорит газете ВЗГЛЯД первый вице-президент “Российского союза инженеров” Иван Андриевский.

Далеко не все вузы оказались способны выпускать высококвалифицированные инженерные кадры, обладающие современными техническими знаниями. “Например, инженеры и технологи нефтегазовой отрасли традиционно всегда были востребованы, поэтому больших проблем с этими кадрами нет. А вот квалифицированных проектировщиков, технологов, механиков в других областях производства по-прежнему не хватает”, – отмечает собеседник.

Престижность профессии только начинает сейчас восстанавливаться. Этому должны помочь в том числе программы по импортозамещению. “Государство также осознало необходимость поддержки – в этом году 47% всех бесплатных вакансий отдано будущим инженерам”, – указывает Андриевский.

“Производственный инженер – это новое для нас понятие, поскольку у нас плохо развита сфера промпроизводства. В США, Канаде, Великобритании и Китае, например, давно используется выражение production engineer. То есть речь идет об организации производства, управлении, но с точки зрения технаря. Набор знаний, которыми должен обладать современный производственный инженер, является довольно широким. Такие инженеры нужны практически на любом производстве. Однако размытость понятия приводит к тому, что вузы не предлагают образование по таким специальностям”, – констатирует Андриевский.

Однако вузы, которые хотят остаться в строю, начинают слышать заводы и уже готовы подстраиваться под их нужды. Например, услышав от судостроителей о дефиците специалистов размерного контроля, и. о. ректора Санкт-Петербургского государственного морского технического университета Евгений Апполонов заявил, что готов идти навстречу по созданию соответствующих программ обучения.

Инженеров современного формата стали готовить, например, в РАНХиГС. “Инженерный менеджмент готовит инженеров и организаторов производства, которые способны не просто отвечать за ноу-хау, но также оценивать экономический эффект от разработок, рассчитывать стоимость проекта, мотивировать сотрудников. Это те компетенции, которые очень важны, но о которых часто забывают при подготовке классических инженеров”, – говорит газете ВЗГЛЯД декан факультета инженерного менеджмента РАНХиГС Сергей Серебренников.

“В XXI веке меняется сам подход и требования к квалификации инженеров. Современный рабочий – это уже не человек с кувалдой в промасленном костюме. Это высокообразованный человек, который работает в связке с программным управлением, с компьютерной системой, и руководитель должен говорить с ним на одном и том же языке. Он должен обладать как хорошо проработанными инженерными квалификациями, так и навыками организатора, управленца и лидера. Этот сплав и способен нам дать тех самых прорывных лидеров для изменения нашей экономики”, – объясняет собеседник.

По его мнению, в ряде вузов уже происходят позитивные изменения в инженерном образовании. “Например, Московский политех – это новый большой университет, которые поменял подход к образовательной деятельности и к отбору талантов. ЕГЭ не позволяет отобрать таланты. Система отбора талантов есть в МГУ через их олимпиады. Но один МГУ не в состоянии обеспечить потребности экономики”, – рассказывает Серебренников. По его словам, в этом же направлении развиваются также Бауманский университет, Московский авиационный институт и классические инженерные школы в Томске, Санкт-Петербурге и Новосибирске.

Вузы начинаются меняться, в том числе в рамках Национальной технологической инициативы – госпрограммы мер по поддержке развития в России перспективных отраслей, которые в течение следующих 20 лет могут стать основой мировой экономики. В рамках НТИ сформировалась среда из вузов, инженерных центров и идеологов преобразования, благодаря которым происходят позитивные изменения.

По словам Серебренникова, в этом году отмечается лавинообразный рост интереса со стороны абитуриентов к специальности инженера и инженерного менеджмента. “Я знаю, что некоторые инженерные вузы даже вводили ограничения на план приема, в том числе на коммерческие места. Предыдущие годы конкурсы были поменьше. Много ребят – выпускников школ – пошли учиться не в вузы, а средне-специальные учреждения, которые готовят кадры по международной методике”, – рассказывает он.

При этом устроиться после обучения на работу инженерам не так сложно, как думается.

“По опыту Москвы сейчас работодатель приходит в вуз не к моменту выпуска, а если не в начале, то в середине обучения. Работодатель заинтересован в том, чтобы в ходе обучения отследить лучшего и забрать его к себе. Ребята идут работать как практиканты или участники проекта на младших должностях уже курса с третьего. Поэтому проблемы трудоустройства для инженерного специалиста вообще не существует. Закончив обучение, он уже имеет предложение по работе”, – уверяет собеседник.

Подготовка утерянных инженерных кадров требует системного подхода, поднимать престиж профессии, например, надо уже со школы и кружков. Но на это требуется пять-десять и более лет. Но ведь российской экономике уже сегодня нужны люди с инженерным образованием. Где же их взять?

Серебренников предлагает использовать западный послевоенный опыт. “Мы же не можем сказать, что на рынке вообще нет инженеров. Есть люди, которые закончили 10-20 лет назад университеты, они обладают базовыми знаниями, достаточно неплохими. Потому что фундаментальная подготовка была хорошая. Но сейчас необходимо в кратчайшие сроки дать им дополнительные компетенции. И в этом есть задача современной образовательной системы”, – считает собеседник.

“Откуда, например, появилась программ MBA? На Западе после Второй мировой войны появилась потребность в ускоренном росте экономики, нужно было подготовить сразу большое количество суперклассных управленцев, администраторов. И по армейскому принципу в университетах были сформированы такие программы, которые быстро за один-два-три года с интенсивной подготовкой готовили таких вот менеджеров бизнес-администрирования”, – рассказывает Серебренников. Ровно такой же подход необходимо применить, по его мнению, и в России, для того чтобы за один-два года появилась армия современных инженеров-управленцев.

Ольга Самофалова

Источник

Читайте также

You may also like...